Российские финансовые разведчики проводят сейчас серию консультаций с западными коллегами. Одна из главных тем - борьба с конкретными проявлениями коррупции. И здесь у каждого региона своя "линия фронта".

График встреч расписан на год вперед. Накануне майских праздников наши финразведчики встретились в Италии с представителями Главного командования финансовой гвардии, подразделения Валютной полиции, расследовательского Управления антимафии и другими службами.

По каким направлениям обмен опытом идет наиболее активно? Об этом "Российской газете" рассказал экс-глава департамента британской финансовой разведки Саймон Годдард. Сегодня он возглавляет группу международных консультантов, которые уже несколько лет "прикомандированы" Евросоюзом в рамках проекта MOLI-RU2 к российской Федеральной службе по финансовому мониторингу и делятся опытом с нашими специалистами.

Российская газета : Господин Годдард, на какие вопросы чаще всего приходится отвечать вашим экспертам?

Саймон Годдард : Прежде всего, российских финразведчиков волнуют новые методы расследования финансовых преступлений. Например, на Дальнем Востоке и в Сибири это касается нелегального рыболовства и нелегального вывоза древесины. Здесь ситуацию усугубляет то, что в Россию стала проникать китайская мафия - так называемые триады, действия которых российским правоохранительным органам пресекать крайне тяжело. Нет опыта. Мы делимся своими подходами по контролю за перемещением финансов в этом секторе. Еще одна актуальная проблема для этих регионов - нелегальный ввоз и торговля наркотиками и медицинскими препаратами. А также - конвертация "грязных" денег в драгоценные металлы и драгоценные камни.

А вот на Урале финразведчиков интересуют антикоррупционные приемы в системе госслужбы. Здесь интересен опыт итальянских экспертов, которые предлагают создать независимую от государства структуру, чтобы анализировать распределение контрактов на госзакупки, тендерную документацию.

В Приволжском и Центральном федеральных округах актуален вопрос об альтернативных системах денежных переводов. В России начинают понимать, какую большую угрозу представляют сегодня курьеры - перевозчики наличности через границу. Мы подсказываем, какими еще путями, минуя национальные банки, анонимные деньги могут уходить на заграничные счета.

РГ : Недавно Совет Федерации отклонил закон, который должен был установить новые правила работы терминалов моментальных платежей. Но проблема остается - огромный оборот наличных денег остается без контроля. А это, по некоторым данным, около половины триллиона рублей. Как эту проблему решают в Европе?

Годдард : В Великобритании такие автоматы работают с очень небольшими объемами денег. И, чтобы отмыть значительную сумму, надо потратить много времени. Такой же принцип используется и с пластиковыми картами, на которые можно положить деньги и снять их в любой стране мира. Здесь лимит составляет не более 500 фунтов на один "пластик". Если компания - провайдер этой услуги установит более высокий порог, то ей на это указывают. Может быть, и вашим законодателям надо пойти по этому пути?

РГ : На апрельском совещании стран "большой двадцатки" приняли решение разобраться с офшорами, которые стали зоной уклонения от налогов. Как вы считаете, их могут закрыть?

Годдард : Не думаю, что кто-то всерьез может предложить совсем упразднить офшорные юрисдикции. Большинство услуг в этих зонах легальны. И главным образом используются для того, чтобы облегчить международную торговлю.

Но и тема уклонения от налогов в них тоже актуальна. Однако большинство из тех офшоров, которые предоставляли услуги, противоречащие требованиям ФАТФ, очень быстро прекращали свое существование. Например, на Карибах.

РГ : Какое, на ваш взгляд, самое слабое звено в цепочке по раскрытию отмывочных схем в России - правоохранительные органы, прокуратура или финразведка?

Годдард : Я думаю, есть хорошие специалисты в каждой из этих сфер. Если бы таких сотрудников не было, то России бы не удалось получить позитивные оценки по результатам миссии ФАТФ в прошлом году. Вообще всю систему противодействия "отмыванию" нужно рассматривать как единое целое.

РГ : В мире сегодня около двухсот финансовых разведок, в том числе полицейского типа, встроенных в правоохранительную систему, в органы прокуратуры. В России финансовая разведка подчиняется напрямую председателю правительства. На ваш взгляд, какие финансовые разведки более эффективны?

Годдард : Здесь главный вопрос в том, как банки в той или иной стране воспринимают предлагаемый тип - полицейский или, к примеру, административный, как в России. Очень важно, чтобы финразведка пользовалась доверием банковского сообщества. Банки, кстати, не испытывают особого доверия к разведкам, которые находятся в полицейской системе.

Татьяна Зыкова